Михаил Делягин. От цифровизации к эпохе Великих физиологических открытий: почему государство сохраняет жизнеспособность (События) | Михаил Делягин

Ну и как Вам послание Путина?


От цифровизации к эпохе Великих физиологических открытий: почему государство сохраняет жизнеспособность  1

События

24.02.2021 05:26

Михаил Делягин

3811  10 (2)  

От цифровизации к эпохе Великих физиологических открытий: почему государство сохраняет жизнеспособность

Великие государственные деятели отличаются от успешных политиканов, как правило, пониманием значения технологии. Именно благодаря этому пониманию они, меняя свои страны и народы форсированным применением новых технологий (в каждую эпоху своих), открывают новые направления развития и вместе с ними впечатывают в историю и свои имена.

Примеров много: основатели религиозных орденов создали новую форму общественной организации, творцы Османской империи - непревзойденную по сей день социальную инженерию и лучшую артиллерию своего времени; Наполеон для обуздания ударной силы Великой революции – юристов – засадил их писать лишающий их власти бессмертный Кодекс Наполеона; Черчилль изобрел лучший танк Первой мировой и обеспечил Англии атомную бомбу; всю жизнь висевший на волоске Ленин создал сто научных институтов (в 1918 году!!) и начал электрификацию России…

Одна из причин гибели советской цивилизации – отказ партхозноменклатуры от форсирования развития технологий из страха перед рождаемой ими социальной динамикой. «Лишь бы не было войны» - и, строго по Черчиллю, получили «и позор, и войну», пусть и для своих детей.

В далеком 1967 году советское руководство окончательно отказалось от перевода управления на компьютерные технологии (подробно я описал это в «Общей теории глобализации»), предпочтя сыграть во вроде бы привычную и оттого понятную игру в воссоздание «невидимой» Британской империи – сети глобального спекулятивного капитала на основе английских офшоров. Дав на это золото, советское руководство рассчитывало как минимум на блокирующий пакет в новом мироустройстве, а Большой план Андропова (более известный как корпорация «Звезда» и описанный под этим именем в той же «Общей теории») и вовсе был нацелен на завоевание мирового господства в новых условиях.

Он обернулся своей противоположностью и в итоге стал катализатором разрушения СССР прежде всего потому, что враждебность к революционизирующим общественные отношения новым технологиям сделала позднесоветскую партхозноменклатуру реакционной силой, предавшей в итоге даже саму себя, - а контроль за британо-советским проектом воссоздания в новой форме Британской империи перехватили США, ставшие в результате этого перехвата оргструктурой глобального спекулятивного капитала.

Он должен был сорвать мир в Глобальную депрессию еще в начале нулевых, но экспортом хаоса и эмиссионной накачкой американской экономики (шедшей именно ради создания новых технологий!) выгрыз у небытия почти 20 лет. За эту эпоху, он, опрокинув технологический прогресс в социальную сферу, создал третью (после естественной и технологической) природу и качественно новую систему организации человечества – социальные платформы. Передовая часть спекулятивного капитала переродилась во владельцев этих платформ и уже строит (в том числе коронабесием) пострыночный мир. Основная же часть финансовых спекулянтов, задержавшихся в прошлой исторической форме и в итоге застрявших в ней, своей агонией и гибелью напишет историю следующего десятилетия.

Таким образом, форсирование технологического прогресса - условие жизнеспособности общества. В наше время для конкурентоспособности нужен максимальный перевод общественной и частной жизни в информационную сферу, а для выживания – национальный контроль за этой сферой (и визг либералов всех мастей о его нерентабельности и даже невозможности лишний раз доказывает его необходимость), в первую очередь создание всего спектра («экосистемы») нужных обществу социальных платформ, то есть соцсетей, используемых для управления им.

Доминирование собственных социальных платформ (не говоря об их наличии) – ключевой критерий суверенитета, которым в индустриальные времена являлись эмиссия национальной валюты по потребностям экономики (а не по разрешению Запада, как требуют его либеральные агенты) и развитый ВПК, а до того – наличие собственной армии.

Чтобы побеждать (или хотя бы выживать) в глобальной конкуренции, надо не подражать лидерам, а самому быть лидером мирового прогресса в сфере наиболее важных для общественного развития технологий, формируя и выламывая направление этого прогресса по своим потребностям и особенностям и создавая тем самым стандарты для всех, кто идет позади.

Сегодня эти наиболее важные технологии заключаются, повторюсь, во всеобъемлющей информатизации: в переводе в собственные (а не чужие, как сделали московские власти при организации дистанционного образования) социальные платформы максимально возможной части жизни. Без этого, какой бы понятный простой человеческий ужас разверзающиеся под ногами перспективы не вызывали, мы не сможем развиваться, а значит – и сохраниться как общество и цивилизация.


Социальные платформы – завтрашний аналог нынешнего государства: обладание им, даже самым несовершенным и порочным, как выяснилось в последние десятилетия, является неоценимой привилегией народа, - вроде возможности жить в собственном доме вместо ежедневной ночевки на улице под ворохом случайного тряпья.

Социальные платформы могут быть плохими и неуютными; они будут мешать и пугать, порождать проблемы и тормозить саморазвитие личности, грозить полицейщиной и цензурой, - но без своих социальных платформ, без глубочайшей информацизации жизни своего будущего не будет ни у кого. А в чужое будущее будут пускать не всех – и все больше в качестве еды.

И неуклюжее, вызывающее отторжение на лингвистическом уровне слово «цифровизация» выражает именно современный этап погружения страны в информационную среду, интеграции повседневного быта в новые технологии.

Россия в силу советского образования и науки, энергии бизнеса и деградации традиционных структур (вроде почты) стала одной из самых информатизированных стран мира. До коронабесия туристы обнаруживали это экспериментально, искренне недоумевая из-за где слабого, где медленного, а где и дорогого Интернета в наиболее фешенебельных странах Запада и порой даже страдая от отсутствия (пусть в основном и заимствованных у наиболее передовых стран того же Запада) привычных интернет-сервисов.

Однако для участия в гонке технологий на новом этапе энергии и энтузиазма бизнеса уже мало: нужна его интеграция с госуправлением, очистка последнего от бюрократического шлака и создание качественного нового не только для нас, но и для всего человечества управленческого сплава, соединяющего инициативу, разнообразие, энергию и интересы масс с быстротой и изощренностью искусственного интеллекта и стратегическим видением творцов и управленцев, прошедших жесточайший отбор в не полностью формализованной (что максимально приближает ее требования к реальности) конкурентной борьбе.

Вот задача, которая объективно стоит сегодня перед Россией. И глубокая интеграция в информационные сети налоговой службы, сделавшей ее одной из наиболее «цифровых» в мире, проведенная ее главой Михаилом Мишустиным, и назначение его (уже более года назад) по итогам этого прорыва председателем правительства, и очевидная концентрация им усилий и ресурсов на этом ключевом направлении свидетельствуют о понимании его абсолютной приоритетности.

Для формирования будущего и завоевания нами своего места в нем цифровизация даже важнее электрификации столетней давности. Мы должны построить, зубами и когтями выгрызть себе новый мир, потому что прежний, уютный и комфортный, теряет свое значение, - как Венеция с началом Великих Географических открытий.

Мы стоим на пороге еще и эры Великих физиологических открытий, этого второго после информатизации великого преобразования человечества, но о них чуть позже, - в том числе и потому, что без наших социальных платформ служить они будут уже не нам.

И то, что для входа России в новую эпоху во главе правительства встал Мишустин, понимающий ее смысл и важность и сосредоточивший все усилия на достижении главной цели, - не просто вселяет надежду, но и свидетельствует о высокой жизнеспособности государства как такового (при всех его очевидных проблемах). Раз оно выдвигает людей, способных решать именно наиболее актуальные (причем в стратегическом, а не тактическом плане) задачи, - у него есть будущее, и его надо не по-большевистски разрушать, как безнадежно отмершую преграду жизни, а укреплять, как работоспособный ресурс своей цивилизации.


Заметили ошибку в тексте? Сообщите об этом нам.
Выделите предложение целиком и нажмите CTRL+ENTER.


Оцените статью