Михаил Делягин. «Россия не для русских»: экономический аспект этнической политики одичалых и ключ к ее исправлению (Мировой кризис) | Михаил Делягин

Как, ЕСЛИ ВЕРИТЬ Министру здраво(за)хоронения РФ Мурашко, влияет вакцинация на вероятность заболеть ковидом?


«Россия не для русских»: экономический аспект этнической политики одичалых и ключ к ее исправлению  3

Мировой кризис

09.09.2021 23:13

Михаил Делягин

2847  10 (3)  

«Россия не для русских»: экономический аспект этнической политики одичалых и ключ к ее исправлению

Один из лучших аналитиков современной России Евгений Гильбо написал прекрасную статью "Как после краха путинского режима русские смогут зарабатывать в 2,5 раза больше", которая (разумеется, с поправкой на то, что автор живет за границей длительное время) заслуживает приведения здесь целиком:


"Л.Е.Пайдиев в своём ЖЖ поднял вопрос об уровне зарплат русским трудящимся. Политика Путина и «Единой России» заключается сегодня в том, чтобы завозить азиатских мигрантов, которым платится меньшая зарплата, что и оказывает давление на рынок труда, заставляя русских работать за зарплату примерно в 40% от рыночной, соответствующей их производительности труда.

Имеет смысл разобраться в экономических аспектах этой политики, то есть понять, действительно ли труд мигрантов столь дёшев? А разобравшись, можно будет понять, какая политика может быстро привести к выходу экономики из кризиса, оставленного Путиным, и к повышению уровня жизни.

***

Начну разговор с конкретного случая, в котором хорошо высвечиваются экономические механизмы путинизма.

На прошлой неделе управляющая компания пожелала заменить трубы в доме, где находится моя питерская квартира. Мой племянник предоставил им доступ к трубам. Но техник управляющей компании привела, разумеется, для работ бригаду джамшутов. Бригадир тут же заявил, что доступа через дверцу недостаточно, и надо снимать стенку. Снос стенки означал необратимое разрушение отделки санузла, а значит, по окончании их работ я должен был бы произвести за свой счёт полный косметический ремонт.

Снос стенки, впрочем, бригадир Джамшутов так же потребовал оплатить мне, а не управляющей компании в размере 10 тыс.р. на основании того, что я должен предоставить УК доступ к коммуникациям в требуемом им объёме. Когда мой племянник, имеющий собственный опыт работы в строительстве, сказал, что вообще-то стоимость работ 2000р., главджамшут пояснил:
- В насей бригаде десять человек – каздому по тысяче.
- Но ведь работаете то вы тут двое.
- Нелизя, стобы одни получали, а другие нет. По тысяче всем надо!

Пришлось указать Джамшуту на дверь. Техник-смотритель позвонила и сказала, что выпишет предписание на предоставление доступа к общим коммуникациям. Я ответил, что напишу ответ с разъяснением своей юридической позиции, с которым она может пойти в суд. Когда через два года будет получено решение суда, доступ будет предоставляться в присутствии судебного пристава с точным соблюдением условий, определённых судом.

Техник-смотритель быстро смекнула, что лучше иметь дело с моим племянником, нежели с моим адвокатом. Уже не заикаясь о деньгах за демонтаж привела русского мастера, который квалифицированно и осторожно снял стенку, не повредив ни одной плиточки в отделке. После этого я сказал, что если так же аккуратненько установит обратно, то плачу двацатник. За квалифицированную работу мне бабок не жалко.

На следующий день джамшутам оказалось опять чего-то недостаточно, и они потребовали сноса ещё одной стенки, так как им не хватало квалификации добраться до какого-то узла. Опять пришлось показать им дверь. Бригадир джамшутов начал шантажировать: ремонт уже начат, если сейчас остановить, я не включу воду, и всё сделаете как я сказал и ещё денег заплатите. Я сообщил УК, что до решения суда могу посидеть без воды. Техник-смотритель привела русского мастера, у которого хватило квалификации всё сделать без разрушений. На следующий день стенку русский мастер поставил на место, сохранив в целости всю отделку и получил свою двадцатку.

На мой вопрос, зачем мне присылали неквалифицированных джамшутов, если есть квалифицированные русские мастера, техник-смотритель ответила… что так положено. Получается, что сопутствующие расходы от выполнения работ джамшутами составляют порядка 300 тыс.р на восстановление санузла, и ещё они хотели оплаты за его разрушение. Русский мастер смог свести потери к нулю, и стоила его работа 20 тыс.р, которые я взял на себя. То есть разница в квалификации только по этому пункту минимум в 10 раз.

Получается, что привлекать квалифицированных русских к работе в разы выгоднее, чем неквалифицированных азиатов, даже если их расценки втрое выше. Но если УК удаётся переложить риски от разрушений, создаваемых джамшутами, на жильца, то она остаётся в выигрыше. Только если попадается жилец, умеющий блюсти свой интерес (что нынче редкость), приходится УК принимать риски на себя, и тут вдруг оказывается, что «дорогой» русский мастер на порядок выгоднее дешёвого азиата.

Слово «дорогой» я взял в кавычки потому, что имея в пять-десять раз более высокую производительность труда, квалифицированный специалист берёт всего в полтора-два раза дороже талибского шайтан-сантехника. То есть по сравнению с джамшутом ему не доплачивают по уровню его производительности в 3-5 раз.

***

В этом конкретном случае, как в капле воды, отражается вся суть экономического механизма путинизма: работодатель оказывает давление на рынок труда, привлекая за маленькие деньги низкоквалифицированного штрайкбрехера, и перекладывая ущерб от его невалифицированности на потребителя и общество в целом.

Причём, в общем случае, противопоставление квалифицированной рабочей силы неквалифицированным штрайкбрехерам не имеет прямого отношения к вопросу национальному или расовому: и среди русских есть неквалифицированные рукожопы,  и среди азиатов встречаются вполне квалифицированные мастера, услугами которых мне приходилось пользоваться. Ситуация, когда большинство азиатских мигрантов имеют несравненно низкую квалификацию, чем средний русский специалист, порождено политикой работодателя и путинского режима в целом: спрос определяет предложение.

Требуется не квалифицированная рабочая сила, а дешёвая – для давления на рынок труда, чтобы вынуждать русских работать за зарплату в среднем в 2,5 раз ниже положенной за их уровень производительности по мировым рыночным расценкам. Ради этой дешевизны работодатель готов мириться с любыми издержками и ущербами, если путинское законодательство даёт ему возможность переложить их на общество в целом.

***

Каков механизм перекладывания издержек на общество? Он прост и определён законодательством: политика государства перекладывает на общество часть издержек по содержанию иностранной рабочей силы.

Дело в том, что любой мигрант помимо расходов на своё текущее пропитание и иные некапитальные расходы, которые с некоторой лихвой покрывает его зарплата, пользуется так же прошедшим трудом русских – то есть накопленными основными фондами. Ни за пользование этими фондами, ни за их амортизацию он не платит, как будто имеет такое же право на долю в них, как и те коренные жители, чьим трудом эти основные фонды созданы.

Если бы зарплата рабочей силы и расходы на её содержание образовывались бы экономически, то есть включали бы полные затраты на функционирование работника, то либо сам работник должен был бы оплачивать амортизацию основных фондов города, в котором поселилися (и ему пришлось ыб соответственно повысить зарплату), либо их должен оплачивать работодатель в форме налога или взноса в фонд капитального развития.

Привлекая мигранта, работодатель не строит для него жилья – он селится в жилье, отнятом (экономическим или внеэкономическим путём) у русских. Работодатель не организует для него поликлиник и прочей социальной инфраструктуры - пусть по велению Путина мигранта обслуживает та инфрастуктура, которая построена руснёй: русня должна ждать и дохнуть, ибо так решили Путин, единая Россия и их избиратели. Работодатель не озабочивается организацией транспортировки мигрантской рабочей силы куда бы то ни было – пусть пользуют для этого инфраструктуру, которой раньше пользовались построившие её русские. Принцип «проклятой русне – по остаточному принципу» лежит в основе политики, одобряемой путинским электоратом.

В идеале, конечно, привлекающий иностранного работника работодатель должен бы оплачивать все капиталовложения, весь необходимый прирост стоимости основных фондов, вызываемый появлением нового потребителя: ведь иначе возросшая нагрузка на имеющиеся основные фонды создает неудобства всем членам общества: возьмите хотя бы ужасы в московском метро, возникающие как раз потому, что им пользуются не только москвичи и их гости, но и те самые гастарбайтеры. Однако же, и простое возмещение амортизации национального капитала работодателем юзающего сей капитал джамшута, было бы уже достаточно справедливым решением.

В это время коренное население мало того, что уже вложило свой труд и средства в построенные общественные капитальные фонды, но и оплачивает их амортизацию – ремонт и капитальное восстановление идёт из бюджетных средств, которые формируются из выплат коренного населения. То есть в стоимость воспроизводства коренной рабочей силы эти затраты уже включены, а в гастарбайтерские – нет. При такой политике путинского режима, естественно, местные неконкурентоспособны по цене с любимыми Кремлём мигрантами.

При любом механизме, который ставит привлекаемую из окрестностей Афганистана рабочую силу в равные экономические условия с русскими, заставляя её и работодателя полностью оплачивать все затраты, вдруг оказывается, что привлечённая рабочая сила оказывается дороже русской. Он выгодна работодателю ровно до тех пор, пока путинская политика и путинское законодательство перекладывает примерно 65% расходов по её содержанию с работодателя на общество.


Общественное бытие определяет классовое сознание, а конкретные экономические условия – тип мышления конкретного бизнесмена. Политика Путина и «Единой России» создаёт условия, когда конкретному работодателю выгодно привлекать неквалифицированного мигранта. Отсюда такая страстная любовь бизнесменов-единороссов и путинской бюрократии к околоафганским нациям, и ненависть к «проклятой русне», которая – ишь чего хочет – желает оплаты труда, возмещающей её расходы на содержание инфраструктуры и пользующихся её джамшутов. То есть эта ненависть к «русне» и пиетет перед азиатами хотя и выглядит как чисто расистская идеология и полтика, на самом деле просто отражает экономические классовые интересы. Причём интересы даже не сами по себе, а именно искажённые антирусской экономической политикой режима Путина-«Единой России».

В случае, если после Путина будут введены вменяемые, не искажающие пропорции, налоговые платежи и взносы, позволяющие формировать зарплаты в соответствие с экономическими издержками на содержание рабочей силы, то мы очень быстро увидим смену взглядов и идеологии бизнеса. Когда бухгалтерия покажет, что нанимать местных выходит выгоднее, так как их реальные экономические затраты заметно ниже реальных затрат на содержание мигрантов, тогда у бизнесменов вдруг проснётся нежная любовь к русским.

Сегодняшний бизнесмен, топящий за мигрантов и чморение «проклятой русни» - мерзавец не в душе, а лишь по необходимости. Его быть мерзавцем заставляет экономическая политика режима, создающая искажённые экономические пропорции. То есть мерзавец он лишь в той мере, в которой сам эту политику поддерживает, а иногда и лоббирует. Но лоббируют её, кстати, как раз люди, не имеющие отношения к русским, так что они тоже вроде не мерзавцы, а борцы за своё армянское, азербайджанское, курдское, узбекское, уйгурское и т.п. дело. Главным мерзавцем в этой истории оказывается (ну кто бы сомневался) проводящий политику искажённых экономических пропорций кремлёвский режим.

***

Понятно, что пока жив Путин и его озёрная братва, никаких улучшений в положении ненавистной им «русни» и прочих коренных народов России они не допустят. А значит, не будет и законодательного уравнивания приблудной рабочей силы в расходах на воспроизводство с местной. Значит – не будет роста зарплат, квалификаций, производительности труда и экономики. Будет продолжаться коллапс.

Но мы, конечно, не об агонии путинизма, и даже не об ответственности озёрно-единороссных русофобов за гнобление Русского народа. Мы – о том, что делать после неизбежного обрушения этой говноконструкции. На обломках постпутинского киберпанка придётся жить. А значит – проводить какую-то вменяемую экономическую политику. И политика справедливого ценообразования рабочей силы – лишь один из её аспектов, метод устранения дисбаланса, не просто тормозящего развитие, но провоцирующего деградацию экономики.

Заметим, что ни один из идеологов КПРФ и СР [автор явно не знаком с моими работами, например, с п. 14 "Пакта нормальности" (см. ЗДЕСЬ:https://delyagin.ru/articles/191-materialy-mgd/86121-pakt-normal-nosti-algoritm-vyborov-2021-goda-uzhe-ocheviden, - но, с другой стороны, я отнюдь не идеолог СР и даже не был привлечен к написанию ее предвыборной программы - М.Д.], которые в рамках путинского режима изображают радение за права трудящихся, вопрос об уравнивании ценообразования на стоимость местной рабочей силы с мигрантской не ставит. Вроде бы очевидно: ликвидация путинского законодательства, перекладывающего 60-70% оплаты содержания мигрантской рабочей силы с работодателя на бюджет не только приведёт к резкому улучшению положения трудящихся, но и даст толчок росту производительности. Но «коммунистам» и «социалистам» путинского вывода на это наплевать.

Понятно, что пока жив политический класс путинизма, улучшений в экономике мы не дождёмся. Но что потом? Как новое законодательство, гармонизирующее трудовые отношения, даст толчок экономике?

***

После того, как работодатель окажется законом понуждён оплачивать полные расходы на содержание импортной рабочей силы, калькуляция покажет ему те 65%, которые он раньше не платил, а теперь платит. Станет ясно, что реально мигрант обходится в 2,5 раза дороже той зарплаты, которая ему начислялась в мире путинских кривых зеркал. Окажется, что альтернативная стоимость русской рабочей силы той же квалификации, которая отдавлена сегодня в бейзмент уравнением с зарплатой мигранта, несравненно ниже. И до работодателя быстро дойдёт, что требования русских платить за эту работу вдвое больше экономически обоснованы и даже весьма скромны.

Эффект быстрого импортозамещения на рынке труда будет иметь в этих условиях феерически скоростной характер. Вдруг окажется, что никакого дефицита рабочей силы в РФ не было - был дефицит рабочей силы, согласной работать за 40% справедливой оплаты труда. Но главным эффектом будет вовсе не этот.

Главным будет эффект быстрого взрывного роста производительности труда.

В примере, который я привёл выше с заменой труб в моей питерской квартире мы видели, что как только я поставил Управляющую компанию в условия, когда она не может переложить на меня риски, вызываемые использованием неквалифицированного работника, был подогнан другой работник, и производительность труда волшебным образом выросла примерно в 10 раз. Если бы общество оказалось в состоянии поставить всех работодателей в ситуацию, когда работодатель платит все издержки привлечения неквалифицированной околоафганской рабочей силы, то аналогичная операция мгновенной замены работников на квалифицированных произошла бы по всей экономике (работники эти есть – просто платить им надо втрое больше даже на нынешнем задавленном рынке труда).

Другое дело, что сегодня работодатель этого сделать не может. Допустим, к примеру, что Управляющую компанию возглавит бизнесмен с экономическим мышлением, который быстро посчитает насколько даже в нынешних экономических условиях минимизация потерь от удаления джамшутов перекроет повышение зарплат квалифицированным работникам. И заменит джамшутов на квалифицированных. И станет им платить втрое больше.

Что будет дальше? А дальше придёт налоговый инспектор с предъявой за «нерыночный» уровень зарплат, предъявит пачку путинских законов и выкатит тааакие штрафы… А инспекций у путина хватает и помимо налоговой… И писец бизнесу.

То есть ни о каком росте производительности не приходится говорить, пока есть это законодательство, инспекции и увенчивающий эту конструкцию вождь кооператива озеро с полчищем избирателей при нём.

После введения более гармоничного законодательства в сфере оплаты труда и начислений на оную, ситуация изменится на 180 градусов. Предприниматель предпочтёт при прочих равных более квалифицированного работника, что и повысит производительность труда в его бизнесе, и по экономике в целом. А значит, вырастут прибыли и, одновременно, платежеспособный спрос, предъявляемый более высокооплачиваемыми работниками.

Но давайте от качественных рассуждений перейдём к некоторым цифрам.

***

Понятно, что оценка производительности труда – дело несколько приблизительное, ибо тут вопрос методик, отраслевых агрегаций и прочих умностей. Но в целом все методики сходятся, что производительность труда в РФ составляет примерно 25%-30% американской и 35%-40% западноевропейской. Из этого следует, кстати, что и справедливые зарплаты в РФ должны быть примерно 40% европейских.

Конечно, есть отраслевые различия. Сталелитейная промышленность, где джамшутов поменьше, даёт производительность в 35%-40% американской, а вот строительство еле тянет на 20-23%.

Среднеквалифицированные рабочие в Европе зарабатывают в среднем 4000 евро. Следовательно, зарплата в 1600 евро (140 000 руб) при производительности труда в 40% в среднем по больнице была бы справедливой. Понятно, что в каждом конкретном случае разброс должен сильно зависеть от квалификации и отраслевых условий, но мы о среднем по экономике.

А сколько сейчас получает на производстве среднеквалифицированный рабочий? 50-60 тысяч, то есть не более 40% справедливой оплаты. Впрочем, мы об этом говорили.

Допустим, ситуация заставит работодателя повысить зарплату до этих справедливых 140 000р без повышения производительности. Не разорится ли он, бедняга?

Не разорится, даже если останется в рамках нынешних пропорций. Сегодня ФЗП составляет 10-15% против европейских 50% в общем уровне затрат предприятия. Да, среднее предприятие не разорится, так как повышение зарплат покрывается прибылью (прибыли в РФ на порядок выше европейских – как раз за счёт занижения оплаты труда). Но прибыль-то упадёт. Где после этого взять деньги на оплату начальственных схем по перекачке денег в «бассейн». Ах да… Схем то этих после краха озёрного режима уже не будет, да и сам «бассейн» конфискует его пиндостанская крыша…

В реальности, конечно, падение прибыльности не произойдёт или будет весьма малым. К своему удивлению работодатель вдруг обнаружит, что замена работников на более квалифицированных и общий рост зарплат дают неожиданный эффект: рост ответственности. Работник начинает ценить рабочее место, фирму, коллектив и держаться за них. В результате резко снижается уровень издержек, вызываемых ныне безответственностью. Да и исполнение технологических операций становится несравненно более тщательным, что само по себе повышает производительность процентов на 30%.

Сказанное мной явно вызовет у промышленников недоверие, так как не бьётся с их опытом и расчётами. Опыт их полностью сформирован работой в путинском законодательстве, и рассчитывать они умеют только в его рамках, а  не в гипотетических условиях действия другой системы нормативов. Но я и не жду от них понимания и поддержки моих умозаключений. Их поведение целиком управляемо той системой нормативов, которая будет действовать пока жив Путин, а потом будет так же управляться постпутинским законодательством. Вопрос лишь в том, захочет ли и сможет ли постпутинская власть сделать что-то для оживления экономики, или же продолжит ускоряющееся пике, как Временное правительство продолжило с ускорением пике, в которое сорвалась романовская монархия."


Заметили ошибку в тексте? Сообщите об этом нам.
Выделите предложение целиком и нажмите CTRL+ENTER.


Оцените статью