На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1997





Главная   >  Другие о Делягине

Идеологическое поражение «патриотов»

2016.09.19 , Политсовет , просмотров 1765

Выборы в Государственную думу хоть и не стали предметным и содержательным разговором о будущем России, все же были своеобразным смотром идеологических сил. Их отличительной особенностью стала «патриотическая повестка», господствовавшая в информационном и политическом пространстве с весны 2014 года. «Патриоты» противопоставляли себя «либералами», но не тем, кто ходит на митинги, а тем, кто руководит экономическим блоком правительства. И по результатам выборов следует признать, что этот идеологический уклон в целом провалился.


Несистемные патриоты

Еще полтора года назад, в начале 2015 года, стало понятно, что условный «антимайдан» широкими рядами пойдет в Госдуму. «Ура-патриоты» либо создали собственные партии и движения, либо встраивались в действующие политические организации — с явно считываемой целью стать депутатами.

Предвыборная кампания подтвердила этот прогноз. В Госдуму пошли такие личности как Михаил Хазин, Михаил Делягин, Анатолий Вассерман, Игорь Коротченко, Сергей Шаргунов, Николай Стариков, Илья Белоус, Мария Катасонова — то есть самая радикальная часть государственного патриотизма.

Однако выборы большинство «патриотов» проиграло. Да, в Госдуму прошли Евгений Федоров (лидер НОДа), Дмитрий Саблин (создатель «Антимайдана»), Алексей Журавлев (лидер «Родины») и Виталий Милонов (в представлении не нуждается). Но их всех отличает то, что они были встроены в систему задолго до начала «патриотического угара». Федоров много лет заседает в Госдуме, Саблин — член Совета Федерации, Журавлев — депутат уходящего созыва, Милонов — председатель комитета Заксобрания Петербурга. То есть они прошли в Госдуму главным образом потому, что уже принадлежат к властной номенклатуре, а не потому, что являются «патриотами». 

Другое дело — те, кто попытался войти в эту самую номенклатуру на патриотической волне «со стороны», а зачастую и вовсе с маргинального фланга. Например, «Партию Великое Отечество» Николая Старикова до выборов вообще не допустили, забраковав на стадии сбора подписей.

Но ярче и показательнее всего судьба партии «Родина», собравшей под своим крылом больше всего «патриотов». До старта кампании эта партия называла себя «спецназом Путина» и обещала что станет «альтернативой «Единой России». За спиной партии стоял вице-премьер Дмитрий Рогозин, что давало «Родине» надежду на поддержку в верхах.

Но Рогозин прямо перед самыми выборами попал в опалу, и выяснилось, что без него «спецназ Путина» мало кому нужен — в том числе и самому Путину. На выборах «Родина» набрала всего полтора процента голосов. В абсолютном исчислении за нее проголосовало 792 тысячи человек.

Партия «Гражданская платформа», избавившаяся от Михаила Прохорова и также перекрасившаяся в «патриотов» (в ее списках оказался даже столь одиозный персонаж как екатеринбуржец Илья Белоус), набрала на выборах 115 тысяч голосов по всей стране (0,22% от числа всех избирателей).

Если попытаться делать из этого выводы, то судьба «несистемных патриотов» говорит о том, что для российской власти (и для ее электората) именно системность, а не патриотизм является главной положительной характеристикой. Встроенность в имеющиеся властные структуры важнее любых громких заявлений. Так что если какие-то избиратели и вдохновились «патриотической» волной последних лет, они пошли голосовать не за странных маргиналов из «спецназа Путина», а за привычную, понятную и давно уже не грозную ЛДПР. 

Фронт закрыт?

Отдельно стоит поговорить о судьбе ОНФ, который в 2011 году был главным предвыборным проектом российской власти. Тогда под эгидой ОНФ проводились праймериз «Единой России», а членам «Народного фронта» была предоставлена квота в списках ЕР.

К нынешним выборам ОНФ подошел совсем в ином виде. До последнего момента не было понятно, какую роль он будет играть в кампании. Оказалось, что никакую. Символика ОНФ не присутствовала в агитации ни одной из партий (в том числе и «Единой России»), не использовался «фронт» и для массового продвижения тех или иных кандидатов.

Один из лидеров ОНФ Александр Бречалов за два года до выборов рассматривался как потенциальный лидер предвыборной гонки, прокремлевские фонды включали его в список ста перспективных политиков, его называли фаворитом Вячеслава Володина и прочили большую думскую карьеру. Бречалов с «софт-патриотической повесткой» ездил в турне по регионам, что однозначно трактовалось всеми как начало его предвыборной кампании.

Но в итоге Бречалов не пошел на выборы и никакой роли в прошедшей кампании не сыграл. Означает ли это его опалу или же такой сценарий и был изначально прописан Кремлем, неизвестно, но понятно при этом, что одно из главных лиц ОНФ оказалось за бортом большой политики.

Отдельно нужно вспомнить и про судьбу «Российской партии пенсионеров за справедливость», которую на выборы должен был вести протеже Бречалова депутат свердловского Заксобрания Евгений Артюх. В самый разгар предвыборной кампании Артюх повел себя крайне несистемно, попытавшись включить в список не согласованных с администрацией президента кандидатов. В итоге и эти кандидаты, и сам Артюх с выборов были сняты. Многие из снятых имели непосредственное отношение к ОНФ (например, сопредседатель свердловского штаба «Народного фронта» Николай Косарев).

Говорить о том, что ОНФ после выборов будет закрыт и свернут, пока преждевременно. Но в глазах элиты блеск «Народного фронта» явно потух и померк. Если пять лет назад ходили разговоры о том, что ОНФ может заменить надоевшую многим «Единую Россию», то сейчас речи об этом идти уже не может. У «Единой России» конституционное большинство в Госдуме, а у ОНФ по итогам выборов — ничего.

Идеологические выводы

Можно ожидать, что по результатам кампании произойдет пересмотр как идеологии власти, так и некоторых ее идеологических структур. Очевидно, что часть этих структур (типа НОДа, «Антимайдана» и того же ОНФ) после выборов уже не нужна — во всяком случае, в той мере, в какой они использовались в межвыборный период. Точно так же, как после выборов 2011 года в прошлое ушли структуры, созданные Владиславом Сурковым, так и сейчас часть «володинских» структур может быть списана за ненадобностью.

Но гораздо важнее в идеологическом плане оказалось поражение тех, кто шел на выборы с формулой «За Путина, против Медведева» (собственно, это практически все партии, кроме «Единой России», «Яблока» и ПАРНАСа). Все эти кандидаты в качестве мишени для атак избрали условных «либералов в правительстве», отвечающих за социально-экономический блок. Олицетворением этих либералов был глава правительства Дмитрий Медведев — он же лидер списка и председатель «Единой России».

При такой подаче результат «Единой России» неизбежно должен был расцениваться именно как показатель доверия россиян к правительству и особенно этому «либеральному крылу» (включая самого Медведева).

«Единая Россия» набрала более 54% голосов — то есть вполне себе референдумный результат. Получается, что в глазах избирателей никакой идеологической и политической разницы между Путиным и Медведевым нет (что на самом деле недалеко от истины). С этой точки зрения 18 сентября состоялся успешный вотум доверия социально-экономическому блоку правительства.

Последствия не заставили себя долго ждать. Уже 22 сентября Медведев опубликовал «программную» статью «Социально-экономическое развитие России: обретение новой динамики». Очевидно, что она была подготовлена еще до выборов, и ее публикация означает, что Медведев итогами выборов доволен и рассматривает их как карт-бланш на продолжение работы. В статье содержится немало «щелчков по носу» «патриотическим экономистам» — Медведев четко говорит об отказе от международной изоляции и нежелании «включать печатный станок». В довершение этого Медведев впервые за три года встретился с Алексеем Кудриным — воплощением зла для правоверных «патриотов».

Все эти идеологические моменты нужно держать в уме, имея в виду приближающиеся выборы президента. Очевидно, что при определении тезисов, с которыми Владимир Путин пойдет на эти выборы, итоги кампании 2016 года будут неизбежно учтены.

Алексей Шабуров

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015