На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1997





Главная   >  Статьи и интервью

НА УРОВЕНЬ ПЛИНТУСА

2004.08.19 , Газета "Вечерняя Москва" , просмотров 606
Михаил Геннадьевич Делягин – известный экономист, доктор экономических наук, академик РАЕН, руководитель Института проблем глобализации. О тенденциях отечественной и мировой экономики с ним беседовал корреспондент «ВМ».
   О монетизации льгот
   – А как все-таки правильно: «монетаризация» или «монетизация»?

   – Монетизация. Монетаризм – это такое экономическое извраще… теория, а здесь именно замена натуральной формы денежной, то есть монетами – отсюда слово «монетизация».
   – Зачем же, по-вашему, правительство ее затеяло?
   – Было две причины. Первая – желание сократить присутствие государства в экономике и снизить расходы. Они идут на финансирование силовых структур, себя самого и населения. Силовые структуры в условиях не очень развитой демократии не обидишь, себя – больно, остается население – на нем и экономят, так как оно наименее политически влиятельно.
   – А масштаб экономии какой?
   – Непонятен, так как экономию обеспечивает отмена многих видов социальной помощи, а это, по понятным причинам, не рекламируют. Официально говорится даже об увеличении социальных расходов, но оно присутствует на уровне региональных бюджетов. Там они должны вырасти в три с половиной раза, только вот федеральный бюджет эти расходы не компенсирует – выкручивайтесь как хотите. Богатые регионы вроде Москвы проблему решат, а живущие за счет дотаций, – а таких у нас 71 регион, – нет.
   – То есть денег не будет?
   – Зависит от силы давления на губернаторов. Если давить будут сильно, то деньги будут. Но взять их губернаторы смогут только из одного источника – из ЖКХ. В 2002 году такое уже было, и в регионах бюджетники, которым повысили зарплату, сидели с деньгами, но часто с холодными батареями.
   О губернаторах
   – Вы прямо дикого помещика из федеральной власти делаете…

   – Это у нас такой способ борьбы с губернаторской вольницей.
   – А разве ее у нас еще не победили?
   – Если кого-то однажды удается победить, трудно удержаться от соблазна победить его еще и еще раз. Приятно это. Если вы кого-то подчинили, приходится постоянно проверять, достаточно ли он подчинен вам. А вдруг встрепенется? Отсюда второй мотив монетизации льгот – прикрытие изъятия у регионов их полномочий, в частности, по правам пользования недрами. Сейчас у регионов есть право препятствовать планам центра по использованию недр. Конечно, «нет» им сказать очень сложно, но юридически право есть, они участвуют в выдаче лицензий и имеют право согласования. Вот это у них сейчас и отбирают.
   – При Ельцине были губернаторы приемлемые, а были неприемлемые. Первым прощалось многое, вторым не прощалось ничего. Данный закон жестче прежних, у федеральной власти не будет этого поля выбора, лупить придется всех. Так?
   – Почти. Количество прощаемого приемлемым губернаторам резко сокращается. Речь идет о власти, о влиянии, и губернаторов, которые имеют за счет полезных ископаемых на их территории какое-то влияние, если можно так выразиться, «раскулачат». Они могут при этом остаться приемлемыми, но даже не на ступеньку ниже, а где-то на уровне плинтуса.
   – А что дальше, под плинтусом?
   – А там сокращение губернаторских полномочий может плавно привести к переходу от федеративной модели государства к унитарной.
   Об унитарной модели
   – И чем это так страшно?

   – Тем, что унитарное государство предъявляет совершенно другие требования к качеству власти.
   – Она должна быть умнее?
   – Да, требования к ней на два порядка выше. Почему в современном мире так много федеративных государств? Потому что в них центральная власть может немножко расслабиться, может делегировать большую, чем в унитарных, часть ответственности. У нас же центральная власть вообще не умеет делегировать ответственность.
   – Может быть, она и пытается, но воспринимается населением как единственная власть. Если бы это было не так, столько народу Путину бы не звонило.
   – Да. Ельцин пытался делегировать ответственность, но делегировал ее черт знает кому. Сейчас же все идет к тому, что власть снова замыкается на одном человеке. А это не работает. Один человек, даже если он светоч и «наше все», не может заменить собой государство. В стране же с такой высокой внутренней дифференциацией, как в России, унитарное государство неэффективно по определению.
   – Как все это отражается на экономике?
   – Немножко тормозится развитие. Это незаметно при наших ценах на нефть, но есть факторы, которые заметны невооруженным глазом. К примеру, почему так безумно высоки цены на недвижимость в Москве? Потому что весь бизнес во всей стране может расти только под административной«крышей». Цены на нефть высокие уже довольно долго, бизнес этот рос, рос и дорос до границ этой «крыши». А выше жизни нет, безвоздушное пространство, расширяться туда нельзя. И большие деньги можно вкладывать только в недвижимость – отсюда и спрос.
   О ЮКОСе
   – Пример ЮКОСа – это пример того, как дальше расширяться нельзя?

   – Там много всего намешано. Они попытались оздоровить административную «крышу», та поняла это неправильно, а может и правильно… Когда Ходорковский бухнул свое заявление, что он спонсирует три парламентские партии из пяти, а в России должна быть парламентская, а не президентская республика, я лично ждал автомобильной катастрофы.
   – Почему?
   – А потому что вопрос о власти первичен. И то, что Ходорковский попал в тюрьму – признак гуманности власти. За это ее можно уважать, даже если эта гуманность от слабости.
   – Но сразу же после начала первого срока президента, когда в Кремле заговорили о равноудаленности олигархов, нежелающим равноудаляться предлагали острова с пальмами в теплых местах земного шара, о тюрьме вообще никто не говорил… Что будет завтра?
   – Я думаю, и сейчас тюрьма олигархам особо не грозит. Они себя защитят, в крайнем случае откупятся. Тюрьма грозит тем, кто по дури, по пьяни или с голодухи ворует курицу с прилавка. Да и не нужна власти тюрьма для олигархов, равно как и национализация. Ведь если компанию отобрать, а она от вымогательства обанкротится, то виноват будет чиновник, а если она от того же вымогательства обанкротится в частных руках, то чиновник виноват не будет – скажут, просто менеджмент паршивый.
   – А он паршивый в наших отраслевых гигантах?
   – В олигархическом бизнесе в среднем он не очень хороший. Лучше того, что был на этих заводах в 1996-ом, но хуже, чем менеджмент в среднем и крупном неолигархическом бизнесе. Вот эти люди на порядок более эффективны. И в средних, и в высших звеньях олигархических компаний бродят настоящие высокоэффективные акулы, которые рвутся наверх, но не пробиваются.
   – Эти акулы, по-видимому, заинтересованы в том, чтобы власть устроила зачистку вышестоящего звена.
   – Может быть. Этим, кстати, может объясняться многое в деле ЮКОСа. У кого-то из людей, которые сейчас фактически управляют компанией, может существовать объективная заинтересованность в том, чтобы шеф посидел подольше.
   И снова о монетизации
   – Вернемся к монетизации льгот. Чем все закончится?

   – Те, кто бьется за свои права, что-то сумеют вернуть. Уже отступили перед Героями Советского Союза – их жалко. Думаю, что чернобыльцам тоже вернут часть льгот – это единственные люди, которые выигрывали у либеральных фундаменталистов из правительства в Страсбургском суде, их боятся. Уровень жизни остальных снизится. В Москве это будет не так заметно, а вот в дотационных регионах многие этого просто не переживут. Ну не сможет человек платить за услуги ЖКХ 100%. По Жилищному кодексу людей можно будет выселять в общежития – а они далеко не везде есть. Но самое опасное – это лекарства. За счет бесплатных лекарств люди живут. В результате в течение года произойдет разгрузка социальной сферы – люди просто умрут. Общество это стерпит, но в нем произойдет перелом в отношении к президенту Путину. Сейчас люди верят, что он старается сделать все правильно, хотя у него не все получается. После введения в действие монетизации льгот к нему будут относиться, как к злонамеренному человеку.
   – Это опасно?
   – В какой-то степени. В том случае, если сменщик еще не созреет, а кризис доверия уже возникнет.

 

Автор: Сергей МИНАЕВ

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015