На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Вы за или против передачи Исаакиевского собора РПЦ?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1997





Главная   >  Статьи и интервью

МИХАИЛ ДЕЛЯГИН: В СТРАНЕ ГОЛОД НА ДЕНЬГИ

2005.08.11 , газета "Труд" , просмотров 515

Правительство в очередной раз расписалось в собственном бессилии. Сначала Минфин, а потом МРЭТ признали, что инфляция по итогам года может достигнуть 11 процентов против 8,5, записанных в бюджете-2005. Правительство не может сдержать цены, несмотря на исключительно благоприятную конъюнктуру и рекордный рост доходов казны. Почему? Это мы попытались выяснить вместе с руководителем Института проблем глобализации, доктором экономических наук Михаилом ДЕЛЯГИНЫМ.

ОПЯТЬ ДВОЙКА

- Михаил Геннадьевич, министры не устают повторять, что снижение инфляции - важнейшая задача. Почему же с ней не справляются?

- Потому что больного пичкают лекарством, которое страшнее болезни. Правительство и Центробанк пытаются сдерживать инфляцию, изымая деньги из экономики, из социальной сферы. А инфляция имеет немонетарное происхождение. Она вызвана не тем, что у пенсионеров слишком много денег, а произволом монополий. В прошлом году Газпрому разрешили повысить цену газа на 20 процентов, а в этом - уже на 23 процента. Это "аукнулось" по всей экономике.

- Цены естественных монополий хотя бы регулируются. Меж тем у нас едва ли не каждая успешная компания - монополист или в отрасли, или в регионе...

- ...И каждый норовит задрать цену, пользуясь тем, что у покупателя нет выбора. Это не конкуренция, а война на уничтожение. В прошлом году в промышленности стоимость товаров и услуг выросла на 28 процентов, почти в 2,5 раза превысив рост цен. Сейчас этот вал накрыл потребительский рынок.

Злоупотребления монопольным положением вызваны не только алчностью бизнеса, но и данью, которую он платит силовым олигархам, разумеется, не из своего кармана. Если мимо вас едет милицейский подполковник на шикарной иномарке, то знайте: она куплена на деньги, которые мы переплачиваем за хлеб, ботинки или бензин. С миру по нитке - нищему "мерседес".

- Недавно правительство объявило, сколько именно мы доплатим: к концу года ожидается инфляция в 11 процентов.

- Правительство приукрашивает картину. Запланированный уровень инфляции будет перекрыт раза в полтора и превысит 12 процентов.

Но это не самая большая беда. Гораздо хуже, что наши либеральные министры подменили содержательную задачу экономического развития статистической задачей сдерживания инфляции. И это исключительно их вина, это тот случай, когда нельзя кивать на президента.

- Президент тоже ставит статистическую задачу - удвоение ВВП.

- Это другое: стоит задать вопрос, как удваивать ВВП, - и идея сразу наполнится конкретным содержанием. А что такое инфляция? Всего лишь цифра в отчете, один из индикаторов экономики. И даже формальная задача по ее снижению блистательно провалена! Второй год подряд инфляция не снижается, а растет.

- Отчего же министры так любят этот показатель?

- Борьба за снижение инфляции не слишком обременительна. Можно по-разному считать. Да и отчитываться хоть каждую неделю - при успехах это очень приятно. К тому же ничего придумывать не надо. Либералы этим занимаются с середины 90-х годов. И кризис неплатежей, который привел к дефолту, был прямым следствием такой политики. Борясь с инфляцией, душили реальный сектор экономики, создавали условия для спекуляций, разворовывания бюджета. Сегодня ситуация в немалой степени похожая.

- Разве? В отличие от 1998 года в казне много денег.

- Бюджет и сырьевые корпорации действительно захлебываются от избытка денег. Но вся остальная экономика, не связанная с экспортом, испытывает жесточайший дефицит финансовых ресурсов. Экономика и социальная сфера России напоминают человека, который умирает от жажды, стоя по пояс в реке. Ему просто не позволяют протянуть руку и зачерпнуть воду, чтобы напиться. Пусть лучше течет мимо, пусть пропадает.

- Согласитесь, что от потока нефтедолларов хоть понемногу, но всем достается.

- Раньше доставалось. Но в последнее время усиливается социальное расслоение. В прошлом году доходы 10 процентов самых бедных были в 15 с лишним раз меньше, чем 10 процентов самых богатых. Это максимальное расслоение за все годы реформ.

В целом реальные доходы за прошлый год выросли на 7,9 процента. Но при этом, по данным фонда "Общественное мнение", только 17 процентов населения считают, что материальное положение их семей улучшилось, а 27 процентов уверены, что ухудшилось. И неудивительно: товары первой необходимости дорожают в полтора раза быстрее. А именно их покупают в основном бедные.

ИГРЫ В МОНОПОЛИЮ

- Вы говорите, надо бороться с монополиями, но как? Недавно в "Труде" глава ФАС Артемьев сетовал, что лобби монополистов препятствует принятию закона о конкуренции.

- Сразу хочу уточнить: вредны не сами монополии, а злоупотребление монопольным положением. Это нормально, если экономика опирается на крупные корпорации, не надо их дробить. А вот с тем, что они используют свое положение в ущерб конкурентам и потребителям, необходимо бороться. И закон, разработанный ФАС, повышает шансы на успех в этой борьбе.

Если хотим развиваться нормально, то должны ограничивать произвол монополий.

- Крупный бизнес так не считает. Весной в Кремле олигархи убеждали президента, что не надо спешить с принятием закона о конкуренции, мол, может навредить бизнесу.

- Да, этот закон повышает штрафы за злоупотребление монопольным положением, причем в разы - в зависимости от процента к обороту. Такая практика существует в большинстве стран. Но, заметьте, всякий раз обоснованность штрафа надо сначала доказать в суде. А вот, например в Германии, за игры с ценниками сразу бьют по рукам. Если товар резко подорожал и недовольные ищут защиты, то антимонопольный орган вправе вернуть цены на прежний уровень. После чего пусть сам производитель попробует доказать, что был прав.

- А у нас, выходит, власть не в силах бороться с аппетитами монополистов?

- Ну почему же? В конце прошлого года был наглядный прецедент. Президент рыкнул на нефтяников - и бензин несколько месяцев не дорожал.

Но президент - не тигр, он не может все время рычать, у него другие функции. Разбираться с монополистами обязано правительство. А оно не хочет, потому что это сложно, хлопотно, не прибыльно. Куда проще и приятнее изымать деньги у экспортеров и складывать в разные "кубышки".

- Это государственные "кубышки". Их содержимое можно потратить на социальные нужды.

- Да никто не собирается тратить на людей! Доходы казны стерилизуются. Деньги лежат без движения, обесцениваются. Каждый день "закрома Родины" по кусочку обкусывает инфляция. А из-за разницы курсов валют бюджет только за первое полугодие потерял 9,6 млрд. рублей.

- Значит, выгодно досрочно погашать внешний долг...

- Я так не считаю. Да, в первом полугодии потратили 525 миллиардов рублей - больше 18 миллиардов долларов. Это только на досрочное погашение. Хотя никто нас не просил и никаких скидок не давал.

Можно досрочно раздавать деньги кредиторам, если их девать некуда. Но они позарез нужны: трубы текут, дома рушатся, леса горят, оборонные заводы не имеют заказов... Да у нас вся страна - сплошной недофинансированный объект. Причем в перспективе очень даже рентабельный, потому что, скажем, инвестиции в ЖКХ - это выгоднейшее вложение. В этих условиях досрочные выплаты кредиторам - форменное разбазаривание казны. За что в известные времена сажали как за преступную халатность. И, считаю, правильно делали - при всей моей гуманности и нелюбви к репрессиям.

НЕ ОБИЖАЙТЕ БЕДНЫХ

- Михаил Геннадьевич, критиковать легко. Но что вы конкретно предлагаете?

- Давайте представим: а что, если бы "замороженные" в бюджете деньги потратить на развитие страны? Можно перевооружить армию, создать истребитель пятого поколения. Можно построить тысячи километров дорог. Можно множество людей вытащить из ужасающей нищеты. В России 22,5 миллиона граждан имеют доходы ниже прожиточного минимума - в среднем не хватает примерно тысячи рублей в месяц на человека. Значит, достаточно потратить 270 миллиардов рублей в год - вдвое меньше, чем мы отдали на досрочное погашение долгов - чтобы обеспечить беднейшим гражданам прожиточный минимум. То есть уже сегодня все они могли жить пусть бедно, но по-человечески. И часть выплаченных им денег, пройдя через торговлю и производство, тут же вернулась бы в бюджет.

- Минфин заявляет, что выброс таких денег на рынок подстегнет инфляцию.

- Выходит, показатель, не имеющий сам по себе принципиального значения, важнее жизней 22,5 миллиона граждан России? Это уже вопрос нравственного выбора. Если чиновник забывает, что служит людям, а не цифре в отчете, он аморален и в конечном счете вреден.

- Если эта цифра - ценник, то она людям совсем не безразлична.

- А с ценниками ничего не случится. Потому что эти 270 миллиардов размазываются ровным слоем в течение года. Кстати, у нас был и залповый выброс. В декабре 2004 года решили отдать часть "замороженных" денег, и месячные расходы федерального бюджета выросли на 260 млрд. рублей - почти в 2,5 раза. Так вот: в следующем месяце инфляционный эффект от выброса оказался близок к нулю. Это данные специальных исследований правительственных экономистов.

- Почему так вышло?

- В стране страшный голод на деньги. Если посреди Сахары вылить цистерну воды, то пустыня ее проглотит и не заметит. Точно так проглотила деньги российская экономика.

Смотрим дальше. Бедные из импорта покупают китайские тряпки и ножки Буша, а все остальное тратят на отечественные товары. Значит, чем больше вы платите бедным, тем больше стимулируете российского производителя. Значительная часть денег тут же возвращается в бюджет в виде налогов. Вот вам еще одна содержательная задача.

- У вас есть объяснение, почему цифры в отчете интересуют некоторых чиновников больше, чем реальная жизнь?

- Наша бюрократия освободилась от контроля со стороны общества. Чиновники уверены, что им все сойдет с рук. Никто не понес наказания за бездарно проведенную монетизацию льгот. Говорили, что сэкономят 220 миллиардов рублей, а в итоге пришлось израсходовать на 230 миллиардов больше, чем тратили до монетизации. И что? Даже Зурабов до сих пор министр, и хорошо себя чувствует.

Или взять РАО ЕЭС. Никто не несет ответственность за реформу электроэнергетики, хотя к первой техногенной катастрофе она уже привела.

Вспомните: противники реформы РАО пугали катастрофами вроде разрушения ГЭС или взрыва АЭС. А тут жалкая подстанция, которые в советские годы горели, как свечки, и никто этого не замечал, вдруг ударила по четырем регионам центра России. Ну как такое можно было предположить?

- Помнится, пытались выяснить, куда делись дублирующие системы, резервные мощности...

- Они никуда не делись. К техногенной катастрофе привел кризис управления. Реформаторы умудрились раздробить диспетчерскую службу. И когда возник сбой, диспетчеры не могли собраться и принять решение, потому что ни у кого не было полномочий...

- Как вы считаете, можно заставить чиновника работать не на себя, а на общество?

- Все можно - было бы желание. Один из принципов, благодаря которому даже в Италии удалось добиться успеха на этом поприще: если бизнесмен дает взятку, но идет на сотрудничество со следствием, то его оставляют на свободе, сохраняют доброе имя и имущество. Потому что справедливо считается, что коррупционер - чиновник, а бизнесмен - жертва... Только так можно разрушить круговую поруку.

Щуров Василий

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015