На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1997





Главная   >  Статьи и интервью

Уживется ли «розовая нахухоль» с «голубым медведем»? Часть II

2006.10.13 , ej.ru , просмотров 534
Угроза «соскальзывания в демократию»
Создавая, пусть и искусственным образом, пусть и под своим жестким многоуровневым контролем, конкуренцию между лояльными ему бюрократическими партиями (в силу жесткости контроля данная конкуренция неминуемо будет ограниченной), Путин предъявляет им огромные требования, связанные с принципиально новым, публичным и конкурентным характером их существования.

Если партии смогут выжить, развиваться и бороться за симпатии избирателей (именно симпатии, так как голоса им обеспечены в силу бюрократического контроля за ходом выборов) в условиях пусть даже и ограниченной и искусственной, но все же конкуренции, это будет означать перерождение, своего рода успешное воспитание конкуренцией и для «Единой России», и для укрупненной «ПарЖи». В результате они (или хотя бы одна из них) станут жизнеспособными без постоянного бюрократического контроля и поддержки, что приведет к их перерождению, постепенному освобождению от подчиненности Администрации президента, переориентацию с выражения интересов отдельных групп ближайших помощников Путина на выражение интересов значительно более широких групп в государственном аппарате, затем — в элите общества (то есть среди людей, участвующих в принятии принципиальных решений или являющихся примером для подражания), а затем, постепенно – и в самом обществе.

Постепенное расширение (в пределе — до всего общества) групп, на которые опираются партии, диктуется самой логикой конкурентной борьбы двух относительно самостоятельных (это непременное условие, так как в противном случае общий «хозяин» заблокирует все неприемлемые для него попытки опереться на слишком «низкие» слои общества) группировок, при которой каждая из них в поисках новых союзников и стремлении расширить свою базу социальной поддержки вынуждена шаг за шагом опускаться на все более низкие уровни социальной пирамиды.

Результатом может стать полное перерождение двух насильно (по отношению, как к обществу, так и к госаппарату) созданных группировок бюрократии в нормальную демократическую двухпартийную систему, опирающуюся на интересы различных групп общества.


Причины краха двухпартийной модели
Не факт, что Путин (и тем более его окружение) осознает весь этот путь до конца и тем более не факт, что он осознает его последствия — переход от царской системы правления, присущей России на всем протяжении ее существования, к более комфортной для правящего слоя в целом, но органически не приспособленной для решения сверхзадач демократической системе, представляющей собой достаточно просто устроенный (хотя часто и очень сложный в деталях) «социальный автомат». Хотя Путину, насколько можно понять, свойственно именно стремление к комфортному потреблению при искреннем непонимании сути и смысла сверхзадач, он (и тем более его окружение) не готов расстаться с абсолютной властью и полной безнаказанностью, обеспечиваемой царской системой (а без гарантий безнаказанности, то есть безопасности, комфортного потребления не может быть в принципе).

Поэтому, скорее всего, на одном из этапов трансформации, когда приближение двухпартийной системы к народу начнет вызывать ревность Администрации президента и создавать реальную угрозу ее тотальному контролю за политическим пространством, партии (или одна из них) будут жестко и демонстративно одернуты, и их стихийное (а потому не критически важное для их функционеров) приближение к обществу будет раз и навсегда остановлено.

Опыт такого одергивания есть — стоит вспомнить, что знаменитое дело «оборотней в погонах» было направлено именно на погашение всяких самостоятельных амбиций «Единой России». Так, главный обвиняемый Ганеев был ближайшим доверенным лицом министра по чрезвычайным ситуациям Шойгу — сейчас второго по популярности политика в России, а тогда — еще одного из руководителей «Единой России». Одновременно с арестом Ганеева был проведен обыск в служебном кабинете Шойгу — и все это накануне съезда «Единой России», в первый день которого Шойгу должен был выступать с установочным докладом.

Помимо объективной, принципиальной несовместимости демократизации с глубинными, фундаментальными интересами правящей бюрократии, трансформация «управляемой демократии» в нормальную может быть вызвана и тактическими причинами.

Прежде всего, бюрократические по своей сути партии просто не выдержат повышенных требований, объективно предъявляемых к ним новыми относительно конкурентными условиями. Ради самосохранения они (или одна из них) в той или иной форме потребуют от Администрации президента прекращения «эксперимента» и кардинального ограничения конкуренции со стороны другой партии, принадлежащей власти (такая конкуренция неминуемо будет восприниматься проигрывающей стороной как «недобросовестная»). Непосредственной реакцией станет возврат к нормальным для бюрократических партий формально неконкурентным (застойным) условиям с выделением лимитированного количества голосов на выборах.

С другой стороны, бюрократические партии могут начать рассыпаться сами под невыносимым для них давлением даже ограниченной, адаптированной к их слабости и управляемой Администрацией президента конкуренции — и тогда их придется спасать (аналогичным образом) либо менять.

Дополнительным фактором, способствующим такому развитию событий, станут широко известные и поистине выдающиеся личные качества Миронова и враждебность ряда «политических разводящих», которых, как было показано, эта реформа просто лишает поля деятельности и сферы влияния.

В силу изложенного, крах попытки (да еще, скорее всего, и неосознанной) демократизации созданной политической системы (весьма напоминающий провалы нескольких попыток демократизации советской системы, начиная от реформ Берии и кончая попытками Косыгина «вернуться к ленинским нормам» и вернуть всю полноту государственной власти в Совет Министров, последняя из которых была сорвана в 1972 году) представляется наиболее вероятным сценарием.

Однако это не будет решением проблемы, так как подковерная конкуренция, активизированная ее партийным оформлением, будет продолжаться, подтачивая всю политическую систему. Более того: институционализация борьбы между двумя кланами (в том числе в виде перевода ее в русло борьбы между двумя партиями) объективно усиливает и ожесточает ее, еще более снижая дееспособность управляющей системы в целом и создавая качественно новые угрозы политической стабильности как таковой.

Два клана, получивших в виде партий не просто специализирующиеся на политической борьбе друг с другом (по крайней мере, в основном) и отделенные от повседневной управленческой деятельности организационные структуры, но еще и структуры, полностью легальные, открытые и официально признанные именно в этом своем наиболее разрушительном качестве, превращаются в значимые факторы системной дестабилизации.

Принципиально важно, что создание двухпартийной системы является своего рода «точкой невозврата» в нарастании нестабильности: даже организационная ликвидация одной из партий (что будет восприниматься как простая бюрократическая несправедливость, но не изменение «правил игры»), не говоря уже о попытках призвать их к порядку, не остановит спущенных с цепи «псов войны».

Практические оценки и рекомендации
В силу изложенных причин вероятность перерождения создаваемой бюрократической двухпартийной системы в относительно демократическую, то есть отражающую интересы общества, а не только узкого слоя правящей «опричнины» представляется исчезающе малой и не заслуживающей даже учета.

В то же время партийное оформление борьбы либеральных фундаменталистов и силовых олигархов не просто активизирует эту борьбу, но дестабилизирует всю политическую систему и, возможно, станет «спусковым крючком» системного кризиса.

Поэтому задача разумной части общества заключается в том, чтобы не помогать оголтелым зарвавшимся бюрократам, которым нельзя помочь в принципе, но разоблачать фиктивность их благородных порывов и реальность корыстных устремлений. Сорвав с правящей бюрократии фиговый листок двухпартийности, российская оппозиция не просто обнажит ее суть, но и существенно упростит лечение ее запущенных болезней и, соответственно, оздоровление всего общества.

Вместе с тем нельзя допустить, чтобы создаваемая двухпартийная система привела к «зачистке» политического пространства от всех относительно независимых от Старой площади партий. Это означает необходимость бескомпромиссной борьбы против укрупненной «ПарЖи» как непосредственного носителя этой угрозы (и наиболее слабого звена создаваемой системы) и всемерной поддержки КПРФ со всеми ее недостатками как единственной (после уничтожения «Родины») реально существующей оппозиционной партии, способной этой угрозе противостоять.
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015