Резервы бюджета позволяют покрыть его практически любой дефицит, «не приходя в сознание» (Фонд «национального благосостояния» превышает 12,7 трлн рублей, и ещё несколько только случайно признаваемых триллионов отдано банкам в «прокрутку» или просто валяется на бюджетных депозитах и счетах), а опыт — по лучшим многолетним американским образцам — погашения долга эмиссией Банка России (конечно, через «системообразующие» банки) позволяет растянуть эти резервы ещё минимум на три года.
Что касается либеральной истерики под предлогом инфляции, то опыт конца 2022 года (когда предусмотренные бюджетом расходы были превышены минимум на 5 трлн рублей без всяких инфляционных последствий — и даже с последствиями дефляционными) ещё раз подтвердил очевидное: в искусственно созданном денежном голоде рост денежной массы (в том числе, за счёт эмиссии на покрытие бюджетного дефицита) не ускоряет, а замедляет инфляцию, так как товарная масса растёт в силу стимулирования деловой активности быстрее денежной.
Правительство Примакова-Маслюкова, спасшее страну после дефолта 1998 года, показало это в условиях ограничения произвола естественных монополий (тарифы были заморожены так, что хватило аж до начала 2002). Опыт конца 2022 года убедительно доказывает: даже при полной свободе монопольного произвола результат в принципе тот же, просто несколько слабее (хотя помогло и резкое сокращение финансовых спекуляций в силу санкционной агрессии Запада).
Тем не менее, текущее формальное благополучие бюджета (несмотря на нарастающие истерики профессиональных и часто даже не наёмных плакальщиц) не может обеспечить комплексного, всеобъемлющего и инициативного развития экономики, необходимого для Победы над соединёнными силами Запада.
России необходимо кардинальное изменение самого подхода к бюджету: решительная замена бухгалтеров, рассматривающих любой расход средств как заведомо безвозвратную и бессмысленную «трату», подлежащую поэтому максимальному сокращению, — финансовыми директорами, мыслящими категориями не кудринско-силуановских «трат», а окупающих себя «инвестиций».
Налоговая льгота новым производствам — не «льгота», а «инвестиция», оборачивающаяся притоком доходов в бюджет, которых без неё не было бы — как не было бы и производства.
Вложения в школы и культуру (разумеется, не в московскую Жмеринку, творчеством которой власти заливают сейчас всю сатанеющую от предательства бюрократии страну, а в настоящую культуру, созидающую, а не разрушающую народ) — не просто завтрашняя экономия на полиции и тюрьмах, но и прямое создание рабочей силы.
Расходы на профилактическую медицину сегодня — это сокращение уже завтрашней потребности в сверхдорогой высокотехнологичной медицине и рост уже завтрашних налоговых поступлений от труда здоровых людей завтра. И, главное, вложения в развитие экономики — это скорые налоговые поступления.
Несмотря на все старания Силуанова, Набиуллиной и иных либералов, трудно представить, что деградация одичалых строителей блатного феодализма (как определил их цель академик РАН и многолетний советник президента С. Глазьев) зашла так далеко, что они практически точно так же, как на заре эпохи национального предательства, в 1987 году, не способны воспринимать эти простейшие истины.
Скорее всего, ключевыми финансовыми элементами российской экономики управляют не клинические идиоты, а просто домотканые либералы, воспринимающие в качестве объекта своей лояльности не Россию, а пытающийся её уничтожить Запад.
Однако, в любом случае, с их политикой удушения России под предлогом «охлаждения экономики» пора кончать, - пока она не покончила с Россией под прикрытием, якобы, благополучных бюджетных и макроэкономических показателей.
(продолжение следует)
