На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Должна ли Мара Багдасарян и подобные ей сидеть в тюрьме?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1997







Главная   >  Статьи и интервью

Бегство от оцепеневшего государства

2000.07.12 , "Ведомости" , просмотров 535

Бегство капитала — одна из знаковых и наиболее спорных проблем России. Недаром соответствующий раздел, несмотря на его ключевой характер, был удален из программы Грефа правительством.

Разные специалисты по-разному оценивают масштабы этого бегства, но самой надежной основой расчетов является, несмотря на его корректировки задним числом, платежный баланс. Неофициальный отток капитала отражается в трех его статьях: прирост просроченной задолженности иностранных компаний, невозврат экспортной выручки и фиктивный импорт, пропуски и ошибки.

В 1999 г. неофициальный отток капитала замедлился почти в 1,4 раза и сократился с $25,5 млрд до 18,8 млрд. Еще большим было сокращение его доли во внешнеторговом сальдо: если в 1998 г. за счет внешних займов он почти в 2 раза превысил положительное сальдо внешней торговли (т. е. из страны бежали заемные деньги), то в 1999 г. был почти вдвое меньше этого сальдо. Естественное посткризисное улучшение ситуации многими было воспринято как перелом. Достаточно указать, что программа Грефа и основанная на ней программа правительства исходят из достижения устойчивого экономического роста именно за счет резкого сокращения оттока капитала.

Однако I квартал этого года принес подлинную сенсацию. По данным платежного баланса Центробанка, неофициальный отток капитала из России достиг $7,7 млрд, что более чем на 30% превышает уровень аналогичного периода 1999 г. ($5,9 млрд).

При этом существенно изменилась структура покидающих страну сумм. Если по частично легальным каналам отток сократился (прирост просроченной задолженности иностранных фирм уменьшился с $4,1 млрд до $3,8 млрд) или вырос не так уж и значительно (сумма невозврата экспортной выручки и фиктивного импорта увеличилась на треть — с $1,2 млрд до $1,6 млрд), то чистые ошибки и пропуски, характеризующие сальдо полностью нелегального движения капитала, возросли более чем в 4,5 раза — с 0,5 млрд до $2,3 млрд. Их доля в неофициальном оттоке капитала выросла с 8,6% до 29,9%. Переориентация покидающего страну капитала с серых схем на черные свидетельствует не только об улучшении работы служб валютного контроля, но и о сохраняющемся бессилии государства в целом.

Если в 2000 г. поквартальная динамика оттока капитала будет такой же, как и в 1999 г., его годовой объем достигнет $25,0 млрд, что выше уровня 1997 г. и лишь немного отстает от катастрофического 1998 г. ($25,5 млрд). Однако на деле все может быть хуже.

Бегство капитала ускорялось именно в I квартале, когда человек в маске и камуфляже еще не стал символом отношения государства к бизнесу, осенние энергетический и зерновой кризисы казались далекими и неправдоподобными, а экономическая адекватность правительства и политическая стабильность не вызывали сомнений.

Тем не менее статистика свидетельствует: в то самое время, когда население России готовилось голосовать за президента Путина (сомнений в его победе и связанной с этим пугающей неопределенности практически не было), ее капиталы «голосовали ногами» в прямо противоположном направлении. Их чутью или анализу можно лишь позавидовать: сегодня ясно, что и политическая, и экономическая неопределенность во II и III кварталах могут только усилиться.

Соответственно, усилится и отток капитала.

Следует учесть, что ускорение бегства капитала во многом вызвано улучшением экономической конъюнктуры. У предприятий стало больше денег, инвестиции внутри страны по-прежнему затруднены, соответственно, растет и неофициальный вывоз средств.

То, что предприятия, повысив свои доходы, по-прежнему не могут вкладывать деньги внутри страны, означает: улучшение носит чисто внешний, временный характер и не сопровождается серьезным оздоровлением экономики. Она смогла впитать в виде инвестиций лишь часть дополнительных доходов предприятий.

Структурные и институциональные барьеры на пути инвестиций не преодолены.

Причина этого — в стихийности посткризисного восстановления экономики, которое шло почти исключительно за счет ресурсов предприятий, практически без участия государства.

Увеличение масштабов оттока капитала свидетельствует, что предприятия достигли границы своих возможностей: все (или почти все), что они могли сделать без участия государства, уже сделано. Дальнейшее улучшение инвестиционного климата и оздоровление экономики невозможны без активного и осознанного вмешательства государства.

Однако государство по-прежнему полностью пассивно. В 400страничном талмуде, вымученном его представителями более чем за полгода, не нашлось места даже такому ключевому вопросу современной жизни России, лежащему полностью в рамках либеральной идеологии, как оздоровление инвестиционного климата при помощи декриминализации процедуры банкротства, проведения комплексной антимонопольной политики (которая отнюдь не сводится к реструктуризации естественных монополий) и судебной реформы.

Что же говорить о превращении в приоритет государства сокращения числа нищих (доходы ниже прожиточного минимума имеет более 41% населения) и государственного гарантирования недоступных частным инвесторам из-за долгосрочности (и связанных с нею запретительно высокими политическими рисками) крупных проектов в базовых отраслях? Но указанные меры не соответствуют господствующей идеологии, — и полуграмотное государство уже скоро год, несмотря на нарастающую деградацию населения основных фондов, делает вид, что этих проблем не существует.

I квартал 2000 г. показывает: при сохранении сегодняшних условий (в том числе агрессивной институциональной среды и политической нестабильности), вызванном в первую очередь оцепенением государства и игнорированием с его стороны собственно экономических проблем, улучшение конъюнктуры приведет к росту не столько производства, сколько оттока капитала. Не имея возможности инвестировать дополнительные доходы, общество снова и снова будет направлять высвобождающиеся ресурсы не на развитие экономики, а за ее пределы.

Для сокращения бегства капитала помимо нормализации политической жизни и прекращения бесконечных и бессмысленных скандалов, дискредитирующих президента и всю страну, необходимы оздоровление и рационализация экономической политики государства.

Ведь капитал боится не инфляции или бюджетного дефицита он боится глупости и бежит в первую очередь от нее.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015